(1) дом, где рождаются заводы.

Сегодня челябгипромез отмечает свое 60-летие.

Потоки раскаленного металла,

вобрав в себя души моей тепло,

от чертежей моих берут начало...

Рождение "воюющего" металла.

...ВСего лишь десять дней оставалось до трагически начавшейся войны, когда совет народных комиссаров утвердил своим постановлением строительство бакальского металлургического завода на першинской площадке в городе челябинске. Этапы работ были рассчитаны на мирное время. Но с 22 июня все понятия мирного времени будто враз канули в прошлое, и события развивались с той стремительностью, которую можно увидеть разве что в кино.

В августе - октябре 1941 года в челябинск прибывают группы эвакуированных проектировщиков с южных заводов страны.

10 октября ночью эшелон, в котором один из переоборудованных товарных вагонов был занят большой группой проектировщиков мариупольского филиала гипромеза с семьями, прибыл, после 20 дней жизни на колесах, на станцию челябинск.

Работники филиала воинов, азаренко, шульга, артюх, ивлиев, гинцберг, хлебников, ципунов, сахаров и др. Вошли в бакальскую бригаду гипромеза, созданную для проектирования бакалстроя, как в то время именовали нынешний челябинский металлургический комбинат.

Третьего декабря эта бригада обрела наименование бакальский (впоследствии - челябинский) филиал гипромеза.

В челябинск была командирована группа работников центрального гипромеза (москва), возглавляемая м.В. Лившицем, назначенным главным инженером проекта будущего металлургического завода.

Но в основном состав бригады пополнялся эвакуированными проектировщиками с юга страны (астромьевский, осадчий, рабинович, берман) и из ленинграда (шишкин, дроздов, лякав). Многие из них прибывали в челябинск вместе с эшелонами оборудования.

В конце 1941 года и начале 1942-го проектировщики филиала приступили к выполнению рабочих чертежей первоочередных объектов завода:

ремонтно-вспомогательных цехов, электросталеплавильного n 1, прокатного n 1, железнодорожного цеха, энергохозяйства.

Чтобы судить о масштабах работы и темпах проектирования, напомним, что в конце 41-го года на площадке будущего завода и соцгорода стояли нетронутый лес и болота. 1 мая следующего года был уложен первый бетон в фундамент электросталеплавильного цеха, а 19 апреля 1943 года была выплавлена первая сталь завода.

Для проектировщиков, строителей, заводчан в те дни был популярным лозунг "ударим бакальской сталью по врагу!".

И они делали все возможное, а порою, казалось, и невозможное, чтобы самоотверженной работой приблизить столь желанный час пуска завода.

"Тогда без гостов и инструкций монтаж готовых уже конструкций решали на бегу. И лозунгом слова звучали: "челябинской уж скоро сталью мы угостим его, каналью - ударим по врагу", - вспоминал о тех горячих днях будущий начальник сталеплавильного отдела вениамин михайлович кузнецов.

В августе 1942 года работники филиала строитель воинов и доменщик лифщиц в составе комиссии бакалстроя нквд выехали в липецк для участия в демонтаже и эвакуации оборудования и металлоконструкций двух доменных печей.

Обе домны, сменив место жительства, вошли в строй действующих в 44-м году, одна - в апреле, вторая - в декабре.

Проектную документацию разрабатывали в минимально возможном объеме, нередко отдельные строительные работы вели по эскизам, а то и просто по указаниям проектировщиков непосредственно на площадке.

В процессе работы был создан новый сокращенный тип рабочего чертежа военного времени.

Проектировщики (да и все) в то время работали с предельным напряжением, по десять - двенадцать часов в сутки. Кроме сжатых сроков решение задач осложнялось множеством других причин. Львиную долю чертежей эвакуированных объектов приходилось переделывать, привязывать к новым условиям, вносить изменения, которые удешевляли и ускоряли строительство, экономили металл и другие материалы, приходилось к тому же заменять многие строительные материалы, исходя из местных условий, приспосабливать металлоконструкции, заготовленные для других заводов и т.П. Проектировщики проводили со строителями специальную учебу. Они читали лекции для командиров стальстроя, знакомили их с типами строительных конструкций, оборудованием, особенностями возводимых цехов, последовательностью их строительства и монтажа.

Дружный коллектив проектировщиков преодолевал трудности и другого рода: работали в тесном бараке, не хватало карандашей, оборудования, столов. Чего, например, стоит такой приказ по филиалу: "в связи с отсутствием туши нижеперечисленным копировщикам предоставить отпуск с 24 апреля по 1 мая без оплаты содержания".

Ко всему еще добавлялась бытовая неустроенность. Прибывшие с юга проектировщики и их семьи не были подготовлены к жестокой уральской зиме, многие не имели даже валенок.

До сих пор работающий в институте илья яковлевич хлебников вспоминает: "почти все годы войны зима на урале была очень холодной - морозы 35-40 градусов, да еще густые туманы над теплым миассом: образ жизни у нас был простой: хочешь кушать картошку и овощи - вырасти на своем огороде. Нужно топливо для "буржуек" - возьми на конном дворе лошадь с санями, наруби в лесу дров и привези. Требуется в баню - шагай на мельзавод, в кино - в маленький барак-клуб. В город можно было попасть либо пешком, либо после "голосования" на попутной машине".

Сорок второй год был годом испытаний проектировщиков на жизнестойкость и работоспособность, их умения преодолевать трудности на производстве и в быту. И время показало, что коллектив успешно прошел "акклиматизацию" в сложных условиях на уральской земле:

правительственные комиссии, принимавшие объекты на заводе в 1944 году, неизменно давали отличную оценку качеству технической документации филиала гипромеза и отмечали примерную оперативность при выдаче проектов строителям.

Первые послевоенные.

Израненной стране, тысячам ее новостроек металл требовался в огромных количествах. Надо было поднимать из руин разрушенные города, возводить гидростанции, увеличивать производство тракторов и других машин. Задачи металлургов в мирное время были не менее сложными, чем те, что они решали совсем недавно, выпуская "воюющий металл".

Первое послевоенное десятилетие отмечено на челябинском металлургическом заводе вводом в строй большого числа значительных и сложных объектов.

В эти годы были задуты еще две доменные печи, стали выдавать металл два мартеновских цеха, выдали продукцию три коксовые батареи, прокатный цех n 2 с блюмингом, термический цех.

Вошла в строй действующих вторая очередь тэц.

Челябинский филиал стал проектировать еще одно предприятие - челябинский трубопрокатный завод, делал проектные работы на заводе "теплоприбор".

В 1946 году в связи с бурным развитием завода и соцгорода был образован новый район челябинска - металлургический. Большие масштабы приобрело жилищно-бытовое и культурное строительство. Выстроены больница, хлебозавод, центральный клуб челябметаллургстроя, кинотеатр "металлург" на 500 мест, разбит парк культуры и отдыха металлургов. В 1948 году пущен трамвай "соцгород - завод", а через несколько лет трамвайные пути нового района соединились с городскими. Впервые в челябинске для бытовых нужд жителей был дан газ: жители соцгорода получили коксовый газ.

С каждым из этих объектов были связаны заботы проектировщиков челябинского филиала гипромеза.

А условия работы в первые послевоенные годы оставались прежними. Из воспоминаний главного инженера проекта р.И. Сазоновой:

"год 1947. Поступаю на работу в челябинский филиал гипромеза. В приземистом бараке (филиал только в одном его крыле, а в другом - управление капитального строительства завода) работает горстка - человек 50 проектировщиков: наша чертежная техника - доска на столе и рейсшина с головкой. Когда инженер-конструктор е.А. Морозов изготовил себе пару роликов (с помощью товарищей с завода) и натянул тросик на рейсшину - еще больше поднялась производительность у этого скоростного чертежника.

Заказываем себе такие же ролики:

копировальное бюро многочисленно. Других методов размножения чертежей не было: карандаши хранились у начальника, и чтобы получить новый, конструктор предъявлял ему огрызок (достаточно полно ли израсходован - такой жесткий режим экономии). Синьки печатались в застекленной рамке на солнечном свете.

А если день пасмурный - беда!.. Работали очень дружно, с огоньком, с шуткой. А за ошибки доставалось здорово:

в 1948-1955 годах филиал пополнился большой группой молодых специалистов. Среди них ю.В. Сотников, и.М. Пятыгин, н.К. Долгая, э.А. Самигуллина, т.Ф. Стрехнина, м.С. Шнейдерман, к.И. Андросова и др. Резко вырос филиал и в 1953 году: занял второе крыло барака. Очень напряженно работали, но и отдыхать умели: построили волейбольную площадку - игры собирали много болельщиков. Летом в единственный выходной на открытой грузовой машине выезжали на озеро, за грибами, за ягодами:".

Расцвет института.

В 1957 году челябгипромез стал самостоятельным проектным институтом.

Он переселился из барака в новое производственное здание рядом с заводом.

В институте работает 340 человек.

Созданная в военные года, отличающая проектировщиков атмосфера коллективизма, взаимопомощи, бескорыстия, доброжелательности была господствующей в институте, пожалуй, до начала восьмидесятых годов.

Вот хронология дальнейшей трудовой биографии института.

1958 год - доменная печь n 5 объемом 1719 куб. М и электросталеплавильный цех n 3.

1961 год - электросталеплавильный цех n 2.

1964 год - блюминг "1300".

1965 год - непрерывно-заготовочный стан 900/700/500.

1968 год - мелкосортный стан 250.

1969 год - кислородно-конверторный цех.

1971 год - проволочный стан 250.

1972 год - реконструкция доменной печи n 1. С увеличением ее объема в 2 раза (применение при реконструкции метода надвижки печи на свой фундамент было событием в челябинске и его окрестностях).

Это все объекты челябинского металлургического завода, вскоре ставшего крупнейшим в европе заводом качественных сталей, где сталеплавильное производство было представлено всеми известными способами производства стали - от мартеновского до плазменного.

В последующие годы на заводе были построены по проектам челябгипромеза цех холодной прокатки нержавеющего листа, термический цех n 2, кузнечно-прессовый цех, электросталеплавильные цехи n 5 и n 6, плазменно-дуговые печи в эспц-3.

Проектирование нетрадиционного для челябгипромеза передела - метизного - было поручено институту в 1969 году. Взявшись практически за совершенно новое для себя дело, коллектив с честью выдержал испытание.

С ростом требований к качеству металла совершенствовалась и техника сталеварения.

Если в первенце сталеплавильного производства чмз - эспц n 1 в 1943 году были установлены дуговые открытые печи, то спустя 15-20 лет (срок сравнительно небольшой) уже только в эспц-3 насчитывалось четыре различных способа производства высококачественного металла, а еще спустя 10 лет в этом цехе было освоено и работало шесть различных способов производства особо чистого металла.

Термины "вакуумная металлургия", "вакуумная гигиена", "плазма в металлургии", "плазменный металл" постепенно вошли в лексикон не только проектировщиков-технологов, но и строителей, отопленцев, электриков института.

Челябгипромез (вместе с заводом) первым в стране освоил новый источник энергии - плазму - в металлургии. В 1969-1985 годах несколько печей эспц-3 были переведены на плазму. Плазма научилась плавить сталь. Она обеспечивала и качество, и экологию, и экономику.

В проекте эспц-6 для чмк впервые в стране были применены аргонокислородное рафинирование нержавеющей стали (по технологии германской фирмы "крупп") и непрерывная разливка широких слябов. Понимая, что черную металлургию трудно назвать "другом природы", челябгипромез прилагает в эти годы много усилий, чтобы сократить негативное воздействие проектируемых объектов на окружающую среду. В этом плане особый интерес представляет совместная с челябинским металлургическим комбинатом программа экологического оздоровления чмк на базе реконструкции и технического перевооружения его основных цехов:

закрытие морально и физически устаревшего эспц-1 после освоения производства нержавеющей стали в эспц-6 и реконструкции эспц-2, вывод из эксплуатации мартеновского цеха n 1 после ввода непрерывной разливки в конверторном цехе и т.П.

...МИхаил александрович ярцев, возглавлявший институт с 1965 по 1987 год, пришедший в челябгипромез с должности главного электросталеплавильщика чмз, был блестящим металлургом, кандидатом технических наук, сильным, волевым руководителем, уважаемым "во властных структурах" (как сейчас говорят), яркой личностью.

Не случайно заявки изобретателей института хорошо "знали дорогу" в госкомитет по делам изобретений и открытий, а авторские свидетельства, выдаваемые комитетом - дорогу в челябинский гипромез.

Не случайно первым из проектных организаций министерства черной металлургии еще в 1970 году челябгипромез был признан победителем всесоюзного социалистического соревнования проектных институтов со всеми вытекающими присуждениями.

Не случайно в 1972 году михаил александрович подписал приказ "о введении в действие "рекомендаций для руководителя по поведению и взаимоотношениям с подчиненными".

Не случайно специалисты челябгипромеза в разное время работали на строительстве объектов металлургии и в проектных фирмах в индии, египте, германии, болгарии, польше, нигерии, пакистане.

Не случайно семь раз (17 работников) челябгипромез получал самую престижную в ссср премию для проектировщиков - премию правительства "за выдающиеся проекты и строительство по ним".

И не случайно в 1978 году челябгипромез переехал в новое производственное здание - высотку на главной улице челябинска, в трехстах метрах от центра города. Специалисты института сами спроектировали свой комплекс, где кроме производственных помещений на 1250 человек были прекрасный конференц-зал со всей его инфраструктурой (театральная часть), гараж, спортивный зал, столовая, почтовое отделение.