(1) поздно пить боржом.

Государство рвется к деприватизации путем передела интеллектуальной собственности.

В рыночной экономике россии афоризм лившица "делиться надо"

стал девизом. Делят рынки сбыта и сырья, сферы влияния и кредиты мвф, бюджетные деньги. Механизмы дележа собственности меняются в зависимости от времени, политико-экономической ситуации, законодательной базы и других условий. Так, ваучерная приватизация, посредством которой государственная собственность переходила в частные руки, канула в лету. А после появления законодательства о банкротстве предприятий широкое распространение получил передел собственности с применением механизма банкротства.

Сегодня мы наблюдаем зарождение нового механизма: на роль субъекта передела собственности претендует государство в лице ряда региональных властей. Позиция обусловлена желанием некоторых политических кругов принципиально пересмотреть итоги приватизации, с одной стороны, и иметь больше рычагов влияния на экономику, особенно в регионах, - с другой. Совпадение этих устремлений может сделать деприватизацию реальной. Последствия будут непредсказуемы.

Власти приводят такие аргументы: в процессе массовой приватизации интеллектуальная собственность была бесплатно передана частным структурам как довесок к зданиям, сооружениям, другим основным фондам и имуществу предприятий. Теперь ее надо учесть и закрепить права на нее за государством.

Последние события в свердловской области показывают: власти намерены сделать в этом направлении решительные шаги. На расширенном заседании правительства губернатор эдуард россель четко обозначил дальнейшие действия: "интеллектуальная собственность не учитывалась при приватизации, мы ее должны сегодня выявить и предложить предприятию либо выкупить, либо за ее счет получить государственную долю в предприятии. Этого нет в федеральном законодательстве, но мы должны понимать, что проблема

реально существует и нам нужно в виде законодательной инициативы готовить предложения по этому поводу".

* Понятие "интеллектуальная собственность" присутствует в новом гражданском кодексе, однако определение ее не дано: "к объектам гражданских прав относятся вещи, включая деньги и ценные бумаги, иное имущество, в том числе имущественные права, работы, услуги, информация, результаты интеллектуальной деятельности, в том числе исключительные права на них (интеллектуальная собственность)". Следовательно, закон под интеллектуальной собственностью подразумевает результаты интеллектуальной деятельности и исключительные права на них. Правоотношения регулируются гражданским кодексом и специальными законами, например патентным законом рф, законом об авторских правах, международными актами.

* Конкретно-экономическое содержание понятия в бухгалтерских документах предприятия отражено по статье "права на объекты интеллектуальной (промышленной) собственности". Здесь показываются стоимость прав, возникающих из авторских и иных договоров на произведения науки, литературы, искусства и объекты смежных прав, на программы эвм, базы данных и др., Из патентов на изобретения, промышленные образцы, селекционные достижения, из свидетельств на полезные модели, товарные знаки и знаки обслуживания или лицензионных договоров на их использование; из прав на "ноу-хау" и др. Методические рекомендации о порядке формирования показателей бухгалтерской отчетности организации. Приказ министерства финансов рф от 28 июня 2000 г. n 60.

Цена вопроса.

Понятие нематериальных активов (на) введено в экономический обиход в начале 90-х годов. Однако за десять лет не принято никаких мало-мальски значимых решений, определяющих механизм его применения: существующие указ президента россии об учете и использовании интеллектуальной собственности, а также нормативные акты субъектов федерации носят практически декларативный характер.

Спохватившись, государство бросилось догонять прошлое. Деприватизация будет означать возврат собственности: государство желает либо само управлять ею, либо продать частному инвестору.

Виктор басаргин, ныне начальник управления по социальной политике аппарата подномочного представителя президента в урфо, работал в фонде имущества свердловской области с момента его образования:

- в процессе приватизации не оценили интеллектуальную собственность, деньги на которую были затрачены государством. Никто тогда к этой идее не подступался, а сейчас подступаться просто опасно. Процесс пересмотра может быть страшен, потому что те правила, которые были установлены первыми нормативными документами о приватизации (законом о приватизации 1991 года, "основными положениями" 1994 года и законом о приватизации 1997 года), никак не предусматривали учет интеллектуальной собственности. Ситуация сложная, и я думаю, что государство должно разумно подойти к ее разрешению. Если мы скажем, что какой-то закон получил обратное действие, значит, еще раз покажем всем, что не являемся правовым государством.

Заинтересованность региональных властей в перераспределении финансовых потоков между акционерами и местными бюджетами не отрицается: в частности, говорят, губернатора среднего урала не устраивает, что с каждой тонны меди в области остается лишь 80 долларов. Акционерам также сегодня напоминают, что основные средства были получены по дешевке и, что куда более важно, с нарушением социальной справедливости. Так, по подсчетам межрегиональной ассоциации научно-технического сотрудничества "росэнерготерм", которой свердловская областная дума поручила разработку методики инвентаризации государственного имущества, находящегося во владении акционерных обществ, размер вкладов населения предварительно обесценен в 32 382 раза, а стоимость имущества занижена в 10,18 раза. Власть с удовольствием оперирует подобными данными, фактически намекая на социальный реванш.

Между тем есть основания подозревать, что продажа интеллектуальной собственности затевается вовсе не для того, чтобы повысить конкурентоспособность нашей промышленности и уж тем более не ради социальной справедливости.

- Расхожей схемой приватизации, в том числе и банковской системы, была схема, когда акционеры брали кредиты в банках, покупали на эти деньги акции, а потом за счет денег предприятия гасили эти кредиты. Но к тому времени они уже получали в собственность предприятия или банковские структуры, - считает эдуард россель. - Это вопрос серьезный не только для свердловской области, но и для всей россии. Давайте начнем изучать эти процессы. Надо вообще вернуться, исследовать весь процесс приватизации, сделать анализ и выявить моменты нарушения и поставить все на место.

Отметим, что именно россель не раз заявлял о необходимости принятия закона, который позволил бы легализовать доходы, полученные в период первоначального накопления капитала. Приватизация - яркий этап этого самого первоначального "хапка". Губернатор противоречит сам себе?

по оценкам мингосимущества свердловской области, которое выступает одним из инициаторов учета интеллектуальной собственности, доля ее в общей стоимости приватизированных предприятий составляла на момент приватизации 50 - 70%. Таким образом, сегодня государство может претендовать на контрольные пакеты акций в приватизированных предприятиях.

Вмешательство правительства в сложившиеся имущественные отношения будет жестко воспринято финансово-промышленными олигархами и повлечет кровавые разборки, которые отбросят страну к началу 90-х, - такого мнения придерживаются сегодня многие. Обыватель уже ждет красного реванша. Повсеместные конфликты на предприятиях между владельцами контрольных пакетов акций и менеджментом, в которых власть принимает активнейшее участие, подливают масла в огонь.

Бизнес-элита пока спокойно взирает на происходящее: по ее мнению, действующее законодательство не позволит в масштабах страны провести передел собственности в пользу государства. Но начало активной кампании по введению интеллектуальной собственности в хозяйственный оборот однозначно будет расценено нынешними собственниками как вступление правительства на тропу войны.

Процесс пересмотра прав на интеллектуальную собственность может быть страшен. Государство должно разумно подойти к разрешению проблемы: если мы скажем, что какой-то закон получил обратное действие, мы еще раз покажем всем, что не являемся правовым государством.

Политический аспект, явно просматривающийся за существом дела, мешает спокойно разобраться с нематериальными активами страны. Проблема не только (а может, и не столько) в том, что не была учтена и бесплатно передана интеллектуальная собственность, созданная в советский период. Отсутствие законодательно утвержденного механизма оценки и учета интеллектуальной собственности мешает бизнесу развиваться сегодня и чревато потенциальной возможностью передела завтра.

Зачем торговать воздухом.

Для производственников вопрос учета интеллектуального продукта носит исключительно экономический характер. По свидетельству главного инженера оао "уралэлектротяжмаш" юрия радченко, сильно заниженный размер уставного капитала предприятия существенно подрывает его конкурентоспособность на мировом рынке. Экспортно ориентированный завод регулярно участвует, например, в тендерах на получение заказа. При заполнении тендерных таблиц выясняется, что у предприятия смехотворный по западным меркам уставный капитал: 6 млн долларов, месячная выручка завода. Шансы на победу сразу понижаются: всерьез акционерные общества с таким уставным капиталом не воспринимаются.

Несоответствие между нынешней методикой учета активов предприятия и его реальной капиталоемкостью делает наши ао заведомо неконкурентоспособными на мировом рынке даже без учета технологий и качества выпускаемого товара. По опубликованным в печати данным, доля нематериальных активов (соответственно и нормы амортизации) компании coca-сola составляют 96%. Практически не имея серьезных затрат и получая солидную прибыль, компания имеет неограниченную возможность вкладывать средства в обновление оборудования и развитие производства. Соревноваться с таким игроком нашим предприятиям просто бессмысленно.

Куски пирога.

Условно интеллектуальную собственность можно разделить сегодня на три неравные части. По оценкам некоторых экспертов, приблизительно 70% ныне используемых нематериальных активов создано еще во времена советского союза: промышленные предприятия до сих пор применяют документацию, разработанную в период 1975 - 1991 годов. Кто держатель этой интеллектуальной собственности? тот, кто финансировал ее создание. "Я", - говорит государство.

С июля 1992 года начинает нарабатываться интеллектуальная собственность, уже принадлежащая акционерам, если предприятие полностью выкупило акции у государства. Никто не пытался оценить ее и уж тем более распределить между акционерами. В прошлом году с подачи правительства свердловской области на ряде заводов началась инвентаризация нематериальных объектов. Проведенные ассоциацией "росэнерготерм" расчеты на уралэлектротяжмаше (о методике - ниже) показали, что государственная интеллектуальная собственность оценивается в 1,027 млрд рублей, в то время как вновь образованная (акционерная) - лишь в 13,6 млн рублей. Разница объясняется глубоким падением производства в 90-е годы: внедрением новых технологий и рационализацией тогда практически не занимались.

Третью часть интеллектуальной собственности составляют индивидуальные разработки, подтвержденные авторскими свидетельствами и патентами. Они либо передаются предприятию за определенное вознаграждение, либо эксплуатируются изобретателем самостоятельно. Наиболее серьезная проблема тут, в сущности, одна: размер этого вознаграждения.

Во времена ссср его считали по коэффициентам, которые определяли сложность технической задачи, оригинальность решения и т.Д. Для рацпредложений коэффициентов было три, для изобретений - 4. Они перемножались, в итоге получалась сумма авторского вознаграждения. Вознаграждение в 20 тысяч при зарплате 170 рублей казалось сумасшедшим. Правда, выплачивали его в единичных случаях: все было отдано на усмотрение руководства предприятий.

Сегодня коэффициенты определяют заводские эксперты. Частные предприятия изобретать велосипед не стали: переработали старые методики и утвердили корпоративные положения. Нынешнее законодательство позволяет владельцу интеллектуальной собственности претендовать чуть не на 15% прибыли, полученной в результате использования разработки. Менталитет, правда, прежний: главный критерий формулируется как "зачем платить такие деньги, если можно не платить". К тому же, по свидетельству технических специалистов, эффективных менеджеров, способных получать максимальную выгоду от интеллектуального продукта, немного. Так что рановато говорить, что эта часть нематериальных активов оценена по достоинству.

"Государство не может быть владельцем интеллектуальной собственности", считает директор юридического агентства "частное право" максим колесников.

- Гражданский кодекс 1964 года предусматривал, что одним из субъектов оборота интеллектуальной собственности могло выступать государство. На изобретения или промышленные образцы выдавались авторские свидетельства. Суть их заключалась в том, что государство признавало за лицом права авторства, но приобретало абсолютные права на использование и внедрение этого произведения с выплатой соответствующей компенсации.

С 1992 года законодательно определено, что субъектами прав на объекты интеллектуальной собственности могут быть только граждане и юридические лица: то есть государство отныне не могло даже теоретически выступать владельцем прав в отношении изобретений. Авторские свидетельства, полученные до 1992 года, безусловно, имели силу, но старый гк устанавливает срок их действия 15 лет. Это означает, что в отношении тех изобретений, которые были сделаны после 1985 года, разговоров о том, что сейчас кто-то обладает исключительными правами на использование, в принципе быть не может.

В 1985 году началась перестройка и либерализация экономики. С этого времени практически никто не оформлял свои изобретения авторскими свидетельствами. Все делали патенты. Я считаю, что очень мала вероятность того, что сохранились в действии еще авторские свидетельства, выданные раньше. У некоторых истек срок, а некоторые уже просто не выдавались в то время, потому что наступила пора коммерческой деятельности, и каждый пытался сам получить прибыль, не отдавая результаты своего труда государству.

При приватизации предприятий в соответствии с указом президента проводилась инвентаризация и оценка того имущества, которое подлежало включению в уставный капитал. И те права на результаты интеллектуальной деятельности, которые принадлежали предприятию и были оформлены в виде патентов, каких-то прав, они, безусловно, оценивались и включались в уставный капитал.

Даже если предположить, что какие-то исключительные права - интеллектуальная собственность - принадлежали предприятию и не вошли в уставный капитал, то сейчас исправить ситуацию невозможно, потому что то государственное предприятие уже не существует. Оно преобразовано в акционерное общество, которое является полным правопреемником государственного предприятия. Государство не может сказать, что оно будет представлять интересы уже ликвидированного государственного предприятия по имуществу, которое это предприятие якобы не внесло в уставный капитал акционерного общества. Государство может претендовать только на ту собственность, которая принадлежала ему.