Состоявшееся на прошлой неделе заседание рабочей комиссии (коллегии советников) градостроительного совета санкт-петербурга напоминало бурные и демонстративные дискуссии эпохи сергея ивановича соколова, бывшего главным архитектором нашего города полтора десятилетия назад. Тогда провозглашенная перестройка все-таки произвела впечатление на ленинградскую власть, и, подрастерявшись, особенно после "англетера", она искала ходы-выходы из непривычной ситуации, когда велено было прислушиваться к мнению общественности, советоваться с народом, то есть осваивать эту невообразимую гласность, демократию и т. Д. Из этого могло бы что-нибудь хорошее получиться, если бы дискутирующие стороны хотели слышать друг друга. Но такой целью не задавалась ни общественность, ни профессионалы, настаивавшие на своем эксклюзивном праве решать, каким быть городу.

Надо отдать должное тогдашнему руководству главапу - оно было находчивым и не лишенным остроумия. Предложили, например, всерьез вникнуть в идею пешеходного невского проспекта. Точнее, обсуждались веселенькие картинки, на которых под руководством архитектора николащенко было нарисовано, как мы будем гулять по нашей главной улице, если с нее удалить транспорт. Кроме картинок, ничего и не было. Не помню ни одной схемы, на которой разработчики этого грандиозного проекта представили бы решение транспортных проблем, которые неминуемо возникнут в городе. Но народ наживку заглотил и жарко спорил о том, нужен нам офонаревший невский или не нужен. Журналисты отражали, как могли. Решено было, что не нужен. Пар вышел.

Нечто подобное было устроено на прошлой неделе. На этот раз главный архитектор города о. Харченко, как было сказано в анонсе, предложил обсудить четыре проекта, очень спорных "с архитектурной, градостроительной и охранной точек зрения, поскольку почти в каждом речь идет о внедрении нетрадиционных материалов, образов и высоты в охранную зону центра города". Ожидалось, что это будет "интеллектуальный штурм", обмен мнениями о том, каков предел новаций, допустимых в историческом центре, "готова ли профессиональная общественность их принять и одобрить". Наблюдать за интеллектуальным штурмом пригласили прессу.

Как и в случае с вышеупомянутым проектом николащенко, для обсуждения было выбрано то, что "не жалко".

Малоохтинский, 66-68.

Многофункциональный досуговый центр, напоминающий гигантскую скороварку. "Еще один стеклянный аквариум строить не хочется", - объяснил представитель заказчика ооо "октябрь". По мнению авторов, их творение под стать расположенному рядом мосту петра великого. Однако ни этот выдающийся памятник инженерной мысли, ни стоящий на противоположном берегу невы смольный собор, которым, конечно же, придется вступать в диалог со "скороваркой", в эскизах стыдливо не были обозначены.

- Откровенно не нравится лживость этой архитектуры, - заявил хозяин кабинета, в котором проходило обсуждение. - Она агрессивна, быстро устареет, хай-теком считать ее нельзя. Проект согласовывать не буду.

Мол, если русская земля сможет рождать своих "быстрых разумом" невтонов там моссов, то будет, о чем говорить, давайте делать хай-тек, но чтобы это было достойно.

Но о каких высоких технологиях может идти речь, если все предложенные для обсуждения "новации" почти единодушно были признаны "вчерашним днем"? большая морская, 30.

Реконструкция дома, в результате которой там должен образоваться торговый центр, 7,5 тысячи квадратных метров торговых площадей. На месте старого традиционного для этой прелестной улицы фасада архитектор е. Подгорнов нарисовал нечто вроде дома быта на разъезжей с выпуклым стеклянным пузырем по центру: "запоминающийся, яркий, к которому будут тянуться люди", - смеют надеяться авторы.

"Пузыри". Что дуться-то на этой улице, это прекрасная улица,- парировал академик архитектуры вержбицкий. - Можно разобрать ветхий дом и сделать нормальное современное внутреннее пространство за историческим фасадом. Исторический город - партитура, написанная нашими предками. Не представляю современного архитектора, который может ее перечеркнуть.

Наверное, автор бкз знал, о чем говорил. Но с ним не согласился архитектор шмаков, заявив, что сравнивать город с партитурой нельзя, а, поскольку он развивается, нужно сравнить с лоскутным одеялом, где бабушки пришивают разные кусочки.

Конечно, можно понять современных зодчих: каждому хочется свою заплатку поставить на этой хлипкой, на глазах ветшающей ткани. Шмакову удалось пристегнуть дом на площади островского, почему-то прозванный в народе "стиральной машиной "индезит".

Большой сампсониевский, 4, 6, 8.

Бизнес-центр. "Чтобы спасти историческую часть города - бизнес должен выйти из центра", - сказал президент корпорации "строймонтаж" с. Полонский, и с ним трудно не согласиться. У его фирмы есть опыт реконструкции здания общественного назначения, расположенного в историческом центре города. Это "петровский форт" - бизнес-центр, в который усилиями проектной группы корпорации превращена вторая очередь гостиницы "санкт-петербург". Теперь архитекторы "строймонтажа" спроектировали "петровский форт-2" - деловой квартал вдоль выборгской набережной. Он вытеснит промышленные предприятия: "на месте заводов может и должен появиться район современной застройки, на который будут приезжать посмотреть туристы со всего мира, который станет такой же привлекательной жемчужиной в петербурге, как памятники архитектуры прошлых веков, как дефанс в париже". Строительство в этом месте "делового сити" (так почему-то специалисты, участники интеллектуального штурма назвали проект) потребует 400 млн. Долларов. Три уровня подземных стоянок, дворы-атриумы, прогулочная эспланада, гостиницы, рестораны, галереи, магазины, а акцентом всего комплекса станет офисная часть - многоэтажная башня, облицованная непрозрачным снаружи, светоотражающим стеклом.

И все бы, возможно, приемлемо, но почему обязательно высотное здание, что за фаллическая необходимость?

"кто сказал, что бизнес-центр должен быть высоким? "поинтересовался архитектор мамошин. - У билла гейтса, самого богатого человека на земле, офис самый низкий" - глубоко устаревшая архитектура - все, что представлено здесь, - мнение главного архитектора петербурга ивана уралова. - Это результат очень серьезных поражений в области культуры. Мы не должны изнасиловать наш город. Он внесен в список юнеско, но из-за подобных "новаций" мы можем вылететь из этого списка.

Городу нужен закон, диктующий что можно, а чего нельзя, и до появления этого закона любое современное вмешательство должно быть чрезвычайно деликатным. Иначе охранять будет нечего.

Посмотрев на макет "делового сити", руководитель кгиопа никита явейн прищурился: "заводоуправление-то снесли? ну молодцы. А это памятник федерального значения, с совершенно замечательными интерьерами, с зимним садом, с исторической мебелью" господа, ну надо иногда хотя бы книжки читать.

Хотя бы одну книжку".

Фонтанка, 68.

Строительство здания "административно-бытового назначения" на многострадальном углу улицы ломоносова и набережной фонтанки. Десяток лет, не меньше, из окон кга и кгиопа открывался вид на эту руину, пока по жизненным показаниям этой весной ее не пришлось разобрать. Как ни печально, но есть все основания предположить, что история этого дома скоро может стать моделью для сотен других старых петербургских домов, которые в ожидании лучших времен ветшают и становятся опасными для окружающих.

И теперь, когда от старых стен дома на фонтанке ничего не осталось, у заказчика и проектировщиков как бы развязаны руки. Если будет позволено, на этом месте, у цепного моста, напротив улицы зодчего росси, возникнет совершенно новое здание. Надо отдать должное архитектору в. Григорьеву - пока длился интеллектуальный штурм, он подносил все новые и новые эскизы, в которых никаких высоток и газгольдеров, к счастью, не было. А были варианты вполне банального решения, разнообразие которых свидетельствует, вероятно, об отсутствии у зодчего четкого представления о том, что должно быть на этом самом углу. Может быть, это знает центробанк, которому отошел этот участок и который стал заказчиком проекта. Теперь задача - чтобы к 300-летию города были стены.

Интеллектуальный штурм комментирует председатель кгиопа н. И. Явейн:

формально даже рассматривать эти проекты - противозаконно. Объект находится в объединенной охранной зоне, где новое строительство запрещено.

В европе города делятся на исторические и неисторические. Исторический город - такой, в котором есть не только "объектная" охрана памятников, но и так называемая средовая. То есть город этот весь свой центр, как вена, или часть центра, как париж, объявляет исторической зоной и в ней ставит своей целью сохранение исторической среды. Если у него нет этой исторической среды, он не имеет права считаться историческим городом.

Если мы пойдем по пути, предложенному инициаторами и авторами проектов, которые мы сегодня обсуждаем, то должны дать себе отчет в том, что петербург перестанет быть историческим городом в европейском юридическом понимании. Москва, например, не является таким городом. И многие другие города со смешанной застройкой, где много исторических зданий перемежается с новыми.

Закон об объединенной охранной зоне был некой концепцией развития петербурга как исторического города. Наверное, возможна ситуация, когда городское сообщество в согласии с федеральным правительством пойдет на отмену нашего законодательства по охране исторического центра петербурга. Тогда станет возможна реализация проектов, предложенных сегодня для обсуждения. Но это будет другая жизнь, другой город, другие люди.

Елизавета богословская.