Андрей галиев, юлия латынина, наталья хорошавина. Острый дефицит средств и жесткая позиция западных кредиторов заставили правительство отказаться от идеи покрыть внешние долги российских банков.

Четырнадцатого ноября истекает срок 90-дневного моратория на выплаты по внешним обязательствам российских заемщиков. Подавляющее большинство банков воспользовалось мораторием как предлогом, чтобы не выполнить форвардные обязательства. Таким образом, к государственному долгу по гко перед нерезидентами и долгам коммерческих банков по зарубежным кредитам и еврооблигациям прибавились долги по форвардам.

На переговорах российской правительственной делегации в лондоне россия предлагает западным банкам конвертировать гко в валютные облигации сроком погашения от 15 до 20 лет, а взамен хочет взять форвардные контракты, заключенные западными банкирами с российскими. Оно же предъявит эти контракты российским банкам и проведет взаимозачет, сменяв форварды на принадлежащие банкам гко.

Грабитель, ларечница и олигарх.

Официальная трактовка этой схемы выглядит весьма благородно: правительство стремится спасти национальную банковскую систему. Однако многие наблюдатели были гораздо циничнее. Они расценивают готовность федерального правительства взять на себя внешние долги частных банков по форвардам (как и сам истекающий мораторий) как явное свидетельство заботы государства о занемогших банковских олигархах.

Не поняли благородства нашего правительства и в западных банках. Там были просто поражены, когда услыхали, что правительство, которое категорически отказывается выплатить хотя бы часть долга по гко наличными (банкиры требуют около 2,5 млрд долларов), настаивает на драконовских условиях реструктуризации и даже намекает, что в случае неуступчивости запада обнищавший бюджет может пойти на дефолт по валютному долгу, что это самое правительство готово взять на себя долги собственных банков.

К тому же если у правительства денег действительно нет, то у российских банков они есть -- так, во всяком случае, утверждают на западе. Очевидно, там знают, что говорят. Ведь те самые деньги, которые под предлогом кризиса были спешно конвертированы в валюту и вывезены из россии, оказались не на марсе, а на счетах все тех же западных кредиторов, которым вполне по силам отследить, как менялось состояние личных банковских счетов российских олигархов. "Нельзя же кидать barclays bank и иметь в нем счет", -- выразил суть конфликта один из финансистов. В отличие от "черного нала" движение безналичных денег отследить можно практически всегда. А частные инициативы бывших олигархов не имеют никакого шанса при столкновении с государственной машиной фбр или других подобных ведомств.

Правда, полученные таким путем сведения достаточно конфиденциальны и опираются на так или иначе нарушенную банковскую тайну. Именно этим и объясняется, вероятно, тот факт, что западные банки не спешат обнародовать ту горячую информацию, которую они используют при жестком конфиденциальном разговоре с российской делегацией.

В свете вышесказанного усилия российского правительства по спасению "национальной банковской системы" приобретают несколько другой оттенок. Одно дело -- пытаться спасти несчастные финансовые институты, в лепешку раздавленные вероломством самого правительства и упавшей на них бетонной плитой дефолта. Совсем другое дело -- спасать банки, которые имели в гко и форвардах по 1-2% активов и воспользовались преступлением правительства, чтобы под шумок повесить на него свои собственные грехи.

Такие потерпевшие сильно напоминают продавщицу ларька, ограбленного уличным грабителем: тот унес две тысячи рублей, а продавщица наутро заявляет хозяину, что пропало десять тысяч рублей, два ящика водки и коробка дорогих конфет.

С дальним прицелом.

Впрочем, нежелание иностранных кредиторов объединять проблему внутреннего долга рф с обязательствами российских банков по форвардным контрактам может и не быть связано с войной, объявленной нерезидентами российским олигархам.

Лондонскому клубу мы должны платить не только по замороженным гко--офз, но и по долгам ссср. Уже сейчас очевидно, что ранее утвержденный график платежей по союзному долгу россия выдержать не сможет. В случае же перевода обязательств по форвардным контрактам на государство бремя внешнего долга автоматически увеличивается на 10 млрд долларов. Для страны, которая и без того не в состоянии обслуживать свои долги, подобный шаг -- вызывающая роскошь. Для кредиторов же позволить россии это сделать -- непозволительная глупость.

Достаточно долго, лет пять, россия представляла собой очень хорошую площадку для спекулятивных игр западного капитала. Это золотое время закончилось надолго. Любому нормальному банкиру, уходящему с рынка, хочется забрать с собой максимум возможного. Более того, если он, забирая свои долги, парадоксальным образом может способствовать своему же скорейшему возвращению на этот рынок, старания его только усилятся.

Вернуться на российский рынок западные банки могут несколькими путями: либо забрав в счет долгов активы (прежде всего промышленные) обанкроченных ими банков, либо полномасштабно заместив скончавшиеся российские финансово-кредитные учреждения, либо дождавшись нового роста спекулятивных рынков. Во всех случаях "государственная консервация" российских банков в их сегодняшнем состоянии нежелательна.

Парашют прохудился.

Сомневаться в содержательности папок, которыми помахали перед носом наших финансистов в лондоне, вряд ли приходится. Однако истинное назначение собранной западными кредиторами информации о странно наполненных зарубежных счетах якобы поиздержавшихся олигархов и их банков прояснится лишь после 14 ноября. До этой даты любые покушения на счета российских банков бессмысленны, поскольку должников прикрывает правительственный мораторий. По его окончании история с форвардами может развиваться очень динамично. Кредиторы вполне способны дружно приступить к аресту обнаруженных ими счетов, и под угрозой окажется любое имущество российских банков за пределами россии.

Впрочем, без помощи российских властей дать настоящий ход материалам из "лондонских папок" западные банкиры, похоже, все же не смогут. А в россии еще не было правительства, которое могло бы заниматься столь грязной и опасной работой с открытым забралом.

Тридцатого октября, за две недели до истечения срока моратория, замминистра финансов михаил касьянов, самый профессиональный и эффективный из переговорщиков, заявил о наличии у россии компромиссного варианта разблокирования вопроса о реструктуризации выплат по внутреннему долгу: "если не удастся преодолеть противоречия, то будет другая схема -- без увязки вопроса по просроченным гко с форвардными контрактами". В тот же день, уже по завершении очередного раунда переговоров, информационные агентства сообщили, что "россия и западные банки согласовали компромиссный план".

Что ж, похоже, у российских властей желания защищать все банки любой ценой уже пропало. Распространенная информация о том, что правительство рф не намерено продлевать срок моратория, может иметь только одного адресата -- российские банки. Евгений примаков призвал центробанк увязывать любые меры по санации банков с исполнением ими своих банковских обязанностей. А уже 10 ноября виктор геращенко должен представить в правительство свои предложения по санации всей банковской системы: кого и как спасать, а кого нет. Одного большого государственного парашюта для всех российских олигархов, похоже, больше нет. Спасать будут избирательно и с оглядкой, в том числе и на зарубежных кредиторов. В подготовке статьи принимала участие елена маковская.