16-18 февраля в культурно-историческом и музейном центре на стрелке пройдет заседание "круглого стола" "форпост цивилизации за полярным кругом", посвященного 65-летию норильлага. На этом заседании представители общества "мемориал", сибирские ученые и бывшие узники обсудят вклад заключенных в освоение енисейского севера.

Мероприятие организовано с помощью института "открытое общество".

Сегодня мы публикуем статью одного из организаторов "круглого стола".

В истории промышленного освоения таймыра явно прослеживаются две тенденции. Первая является примером народной колонизации российских окраин. Ее героями были смелые землепроходцы и их потомки, которые пришли на енисейский север в поисках беловодья - легендарного царства мужицкой свободы и достатка. Вторая волна казенной колонизации прошла под контролем кремлевских вождей, железной рукой погнавших тысячи противников режима погибать в заполярье. Эти люди построили на вечной мерзлоте норильский комбинат и самый северный в мире город, который стал форпостом цивилизации за полярным кругом.

Народная колонизация. Издавна богатства пясиды (старое название таймыра) притягивали промышленных и торговых людей из поморья, потомков вольных новгородских ушкуйников. В первую очередь они искали "мягкую рухлядь" (пушнину) и моржовые клыки. За ними шли казаки, облагая местное население царской податью - "ясаком". В 1600-1601 годах землепроходцы основали городок мангазею, который стал опорным пунктом освоения приенисейского края.

В 1610 году кондрат курочкин спустился по енисею к морю и пробрался вдоль берега до устья реки пясина. Курочкин шел по пути, уже проторенному безвестными охотниками. К тому времени мангазейские мастеровые плавили в примитивных печах медь и железо из норильского месторождения.

Однако подземными кладовыми енисейского севера предприниматели всерьез заинтересовались лишь в xix веке. Одним из первых разведал и начал добывать там золото и графит купец 1-й гильдии и член 25-ти научных обществ михаил сидоров (1833-1888 гг.). ЭТот патриот сибири щедро финансировал геологические изыскания и экспедиции по северному морскому пути. Сидоров написал императору александру iii докладную записку, в которой раскрыл перспективы промышленного освоения природных богатств крайнего севера. В ответ ему из канцелярии прислали резолюцию генерала зиновьева, которому показалось, что такие идеи могут проповедовать только помешанные люди.

В 1864 году предприимчивые братья киприан и петр сотниковы нашли в норильских горах и застолбили рудную жилу. Они решили плавить медь на паях с золотопромышленником александром кытмановым. Киприан сотников тогда служил урядником в дудинке, и ему удалось уговорить енисейского епископа антония взять кирпич для печи из дудинской церкви. Взамен киприан пообещал выстроить деревянный храм. В 1868 году церковь разобрали, кирпич перевезли к горе рудной и сложили из него печь. За год компаньоны выплавили и сдали в казну 200 пудов меди, но дело прогорело из-за низкой рентабельности производства.

Затем сын киприана - александр сотников - взялся добывать норильский уголь и вывозить его в дудинку на оленьих упряжках. В 1894 году ему удалось продать несколько тысяч пудов угля экспедиции полковника андрея вилькицкого, который тогда изучал условия судоходства в низовьях енисея. Однако разработку угольных копей пришлось бросить из-за трудностей транспортировки добычи.

На нартах помещалось слишком мало угля, а оленьему стаду не хватало ягеля для пропитания.

Семейное дело продолжил внук киприана - а.А. Сотников. Будучи студентом горного факультета томского технологического института, он в 1915 году вновь застолбил открытое дедом месторождение. Сотников собрал образцы пород и познакомил с ними своего институтского товарища николая урванцева, попросив сделать анализ.

Потом в россии началась кровавая междоусобица, а власть в сибири захватил адмирал колчак, когда-то прославившийся полярными исследованиями. Сотников обратился к нему с докладной запиской, в которой предложил начать разработку норильских угольных копей, чтобы наладить снабжение сибирской армии по северному морскому пути, оби и енисею. Для доставки угля на енисейский берег к пароходам он предложил к 1922 году построить узкоколейную железную дорогу до дудинки или усть-порта, а рельсы и подвижной состав для нее заказать в англии.

Предложение было заманчивым, но омскому правителю вскоре стало не до освоения норильского месторождения.

Далее исследования норильских кладовых продолжил николай урванцев (1893-1985 гг.). ЕЩе летом 1919 года он возглавил геологическую партию из студентов томского политехникума. В следующем году он нашел коренное месторождение меди. К тому времени разведочные работы скудно финансировал геологический комитет вснх. В 1925 году геолком решил свернуть работы в норильском районе, но урванцев обратился прямо к феликсу дзержинскому, который тогда кроме органов госбезопасности возглавлял и вснх.

Дзержинский поддержал энтузиаста и послал начальником экспедиции своего секретаря павла аллилуева (свояка сталина).

В следующем году урванцев открыл еще одно медно-никелевое месторождение "норильск ii". В путешествиях урванцева по таймыру участвовал бывший матрос, последний русский землепроходец-одиночка никифор бегичев (1874-1927 гг.). В 1935 году николаю урванцеву за исследование таймыра и новой земли присвоили ученую степень доктора геолого-минералогических наук без защиты диссертации, а в 1975 году он стал почетным жителем города норильска.

Казенная колонизация. В советские времена "норильской проблемой" сначала занимался главсевморпуть, а в 1929 году к ней подключился трест "союззолото". Однако работы продвигались крайне медленно.

Тогда, в апреле 1932 года, член совета труда и обороны и.А. Акулов и нарком внутренних дел генрих ягода подготовили и внесли на заседание политбюро проект постановления "о норильских месторождениях платины и других редких металлов". В июле политбюро решило форсировать подготовительные работы.

Кремлевские вожди ассигновали геологам 3560 тыс. Рублей и потребовали определить промышленные запасы платины, меди, никеля и мышьяка до конца года.

Путейцам приказали соединить железной дорогой месторождение с берегом енисея за короткое северное лето 1933 года. Общий контроль над работами и снабжение рабочей силой поручили гулаговским чекистам.

Несмотря на грозное постановление, в кризисные годы подготовительные работы на таймыре разворачивались медленно. Поэтому в конце 1934 года геолог александр воронцов направил в правительство докладную записку, в которой настаивал на ускорении темпов промышленного освоения месторождения. Его предложения поддержали глава гусмп отто шмидт и нарком тяжелой промышленности серго орджоникидзе.

В марте 1935 года воронцов выступил с докладом на заседании политбюро. Там было принято принципиальное решение о строительстве норильского никелевого комбината. Воронцова назначили главным инженером строительства, а начальником поставили чекиста владимира матвеева. Кроме того, иосиф сталин распорядился передать "норильскстрой" в ведение нквд.

12 июня 1935 года от красноярской пристани отчалил пароход "спартак" с большой группой строителей комбината. Тем временем 23 июня вышло постановление цк вкп(б) и снк ссср о строительстве норильского комбината, а спустя два дня нарком нквд распорядился организовать на месте работ исправительно-трудовой лагерь (итл). 2 июля в дудинке первый начальник "норильскстроя" и "норильлага" владимир матвеев подписал приказ о начале строительных работ.

Затем в марте 1936 года на политбюро утвердили постановление снк ссср "о строительстве норильского никелевого комбината".

В нем говорилось, что в целях обеспечения своевременного завоза материалов, оборудования и продовольствия для "норильскстроя", наркомфин обязан был выдать предприятию 50 млн.

Рублей в течение i-iii квартала 1936 года. На эти деньги организаторы хотели забросить в заполярье 5 тыс. Тонн рельсов, паровую электротурбину, 2 локомобиля, 5 роторных снегоочистителей для узкоколейки и обогатительную фабрику.

В том же 1936 году строителями был заложен первый рудник, начала действовать железная дорога от реки норилки, а в 1937 году - от реки енисей для вывоза полиметаллических руд и концентратов.

Смелые проекты рудников "угольный ручей" и "гора рудная" подготовили специалисты из ленинградского института "северо-никель-оловопроект".

Разработчики предложили пробить гору горизонтальными штольнями, соорудить перепускную шахту и откаточную штольню. Каждые 8 минут из подземелья должен был выходить электровоз с вагонетками, груженными рудой. Мощность рудника определили в 1 млн. Тонн руды в год. Главной продукцией тогда еще считали белый штейн, который собирались экспортировать на мировой рынок. Планировалось, что обслуживать предприятие будут 2 тыс. Работников, посещающих заполярье вахтовым методом.

В начале марта 1938 года вместо чекиста начальником "норильскстроя" назначили опального кандидата в члены цк вкп(б), бывшего руководителя наркомата тяжелой промышленности авраамия завенягина. Новый начальник быстро осмотрелся на заполярной новостройке. Вместо подземной шахты он распорядился рыть открытый котлован и строить город норильск. Завенягина привлекали сжатые сроки исполнения этого проекта и низкая себестоимость труда при открытой добыче сырья. Он был опытным строителем магнитки, знакомым с трудом заключенных, которых в документах часто называли термином "рабсила".

Рабсила. Еще с конца 20-х годов в сибирь потянулись эшелоны спецпереселенцев, среди которых преобладали кулаки из центральных районов россии. Вскоре трудоустройство репрессированных вылилось в самостоятельную проблему. В июле 1931 года члены бюро восточно-сибирского крайкома (иркутск), которые в те времена распоряжались и красноярским округом, приняли резолюцию "о состоянии спецпереселенцев в крае". Партийцы передали ссыльных крестьян конторам востоксиблеса и слюдтреста, посоветовав расселять их поселками по 250-300 дворов в наиболее отдаленных и необжитых районах гигантского края.

К октябрю 1933 года в промышленности восточно-сибирского края трудились 20872 человека, лишенных избирательных прав. Они составляли 5,3 процента всех занятых в промышленном секторе экономики. Из них 24,4 процента работали на золотодобыче, 20,4 процента занимались лесом и его сплавом, 5,5 процента - строительством. В целом, спецпереселенцы составляли более трети работников предприятий добывающих отраслей (39,3 процента).

Вместе с тем заполярной стройке металлургического комбината катастрофически не хватало рабочих рук. К октябрю 1935 года в "норильлаге" было 1200 заключенных, а в мае 1936 года в заполярье трудились 1250 заключенных. В июне лагерное начальство пожаловалось, что контингент едва дотянул до 2 тыс.

Заключенных, из-за чего стройка недосчиталась 8400 человеко-дней.

Начальник унквд карп павлов пообещал забросить в "норильлаг" за летнюю навигацию 1936 года еще 7600 заключенных. Он дал нагоняй своим сотрудникам, а они отправили дополнительные баржи с каторжанами.

Принудительный труд был мало продуктивен, но имел два важных преимущества. В феврале 1936 года на совещании у заместителя начальника гулага нквд плинера был утвержден промфинплан "норильскстроя". Чекисты определили среднегодовую потребность стройки в рабочей силе в 8800 заключенных и 200 вольнонаемных, преимущественно бойцов вохр. Прежде всего, организаторов строительства привлекала дешевизна рабочей силы.

Списочный человеко-день обходился в 6 рублей 61 копейку, а отработанный - 12 рублей 60 копеек, включая 1 рубль 26 копеек мифического премиального вознаграждения усердных зеков.

Второе преимущество заключалась в том, что заключенный не мог отказаться от каторжного труда, а бежать с таймыра было некуда.

Первая, каторжная волна колонизации таймыра начала спадать только после смерти сталина. В 1956 году "норильлаг" был закрыт.

Всего за 21 год существования через него прошли свыше 300 тыс.

Советских людей и граждан более чем из 20 стран мира.

Анатолий ильин, кандидат исторических наук.