Трудные времена для легкой промышленности урала еще не миновали.

Самым больным вопросом для легкой промышленности считает президент союза "челяблегпром" валерий богуж вопрос обеспечения предприятий отрасли сырьем.

Сырьевой кризис возник не вчера, простого и быстрого решения этой проблемы, похоже, не существует. Вместе с тем заинтересованные стороны пришли к пониманию, что обеспечить сырьевыми ресурсами предприятия легкой промышленности можно только на основе межрегиональной кооперации и поддержки федерального центра. В пределах отдельно взятого региона решить эту проблему практически невозможно.

Немного истории.

В рамках ассоциации экономического взаимодействия областей и республик уральского региона ("большой урал") проблемы легкой и текстильной промышленности впервые были рассмотрены в октябре 1996 года на заседании совета ассоциации в перми.

К тому времени спад производства важнейших видов продукции составил в отрасли 70-90 процентов к уровню начала десятилетия, а предприятия легкой промышленности челябинской области выпускали только 6 процентов продукции от уровня 1990 года. Участники пермской встречи в числе наиболее серьезных проблем отмечали отсутствие собственного сырья, хроническую нехватку оборотных средств, трудности со сбытом продукции.

В соответствии с рекомендациями "большого урала" в челябинской области 2 декабря 1996 года было подписано постановление "о программе проведения экономического эксперимента по поддержке предприятий легкой промышленности области на 1997-1998 годы", с которого и получила в регионе старт поддержка предприятий отрасли на государственном уровне.

Затем администрация области расширила эксперимент до уровня "целевой программы развития предприятий текстильной и легкой промышленности челябинской области на 1997-1998 годы", которая и была утверждена в свое время областным законодательным собранием.

Наконец в апреле прошлого года депутаты законодательного собрания утвердили "программу развития предприятий легкой промышленности челябинской области на 1999-2001 годы".

Основными элементами всех этих документов были налоговые льготы и варианты помощи с получением заказов на выпуск продукции и ее сбытом. Предприятия легкой промышленности брали на себя встречные обязательства по увеличению объемов выпуска продукции и повышению рентабельности работы. Сырьевая проблематика выносилась как бы за рамки данных программ.

Планировалось, что "большой урал" разработает и примет уральскую межрегиональную программу развития легкой промышленности, где сырьевой аспект будет одним из главных. Определенная работа в этом направлении идет и сейчас, но обобщающей программы пока нет. Между тем сложившаяся ситуация с обеспечением предприятий отрасли сырьем не внушает оптимизма и требует скорейшего решения.

Хлопчатка, где ты?

пожалуй, в наиболее трудном положении оказались отечественные производители хлопчатобумажных тканей.

Начиная с 1996-1997 годов производство хлопчатки российскими предприятиями практически полностью остановлено из-за отсутствия сырья. Предприятия ивановской и владимирской областей, где сосредоточено основное хлопчатобумажное производство, с 1997 года хлопкового сырья почти не получают. Правда, некие коммерческие структуры завозят хлопок на давальческой основе, вывозя затем готовую продукцию. Снижается качество тканей, сужается ассортимент.

В последние годы узбекистан, откуда предприятия легкой промышленности ссср традиционно получали хлопковое сырье, запрещал вывоз хлопка и хлопчатобумажных тканей с территории страны без предоплаты в твердой валюте. Понятно, что российские предприятия легкой промышленности, еле сводящие концы с концами, были лишены возможности покупать хлопок на таких условиях. В решении этого вопроса руководители предприятий уповали на федеральный центр, на минэкономики, от которых ждали кардинальных шагов.

Так и не дождались...

Если внезапно все предприятия швейной промышленности россии заработают на полную мощность, то они столкнутся с жесточайшей проблемой отсутствия сырья, отмечает валерий богуж. 90 процентов сырьевой составляющей текстиля сегодня - экспортное сырье.

Волки голодают...

Не намного лучше обстоят дела с сырьем для производства шерстяных тканей.

По оценкам специалистов, овцы, которые являются естественным источником произрастания шерсти, на территории россии практически везде съедены, за исключением трех регионов (ставропольский край, калмыкия, дагестан). Если это и преувеличение, то небольшое. В челябинской области, например, поголовье овец за последние годы сократилось в 10 раз. Из 4,5 миллиона алтайских овец ныне здравствует не более 300 тысяч...

Ранее объемы заготавливаемой немытой шерсти в россии составляли 116 тысяч тонн в год, а в прошлом году было заготовлено всего 20 тысяч тонн, нынче будет и того меньше...

Если бы сегодня удалось восстановить исходное поголовье овец в уральском регионе, это решило бы проблему сырья для урала, считает валерий богуж. Примечательно, что местные производители давно ставят вопрос о разработке программы возрождения овцеводства на территории региона (башкирия, курганская, челябинская, оренбургская области). Но быстрой отдачи от этой работы ждать не приходится.

Отрасль в значительной мере работает на импортном сырье, которое дороже российского. Если в прошлом году уровень закупа немытой шерсти на территории россии составлял $1 за килограмм и мытой шерсти $2 за килограмм, то цена мытой шерсти, покупаемой в новой зеландии или австралии, составляет от $3,5 до $5 за килограмм. Что имеем в итоге? дорогие шерстяные изделия для российского потребителя...

Вискозные страсти.

Что касается тканей, производящихся на основе вискозных волокон, то с ними дело обстоит более-менее нормально, хотя сырьевая проблема и здесь чрезвычайно остра.

Основной производитель вискозных тканей на урале - расположенный в пермской области чайковский текстильный комбинат - получает сегодня полиэфир из южной кореи, а целлюлозу, из которой изготавливается собственно вискоза, из австрии, финляндии и т. Д.

Неужели своей целлюлозы мало?!! да нет, дело не в этом.

Крупнейший в европе комбинат по производству вискозы - "рязанское химволокно" - закупает сегодня целлюлозу из южной африки. И это происходит в стране, славящейся своими лесами! но рязанцы поступают логично: тонна африканской целлюлозы на $100 дешевле, чем тонна российской. А сибирские производители целлюлозы почти в полном объеме отгружают целлюлозное сырье в юго-восточную азию. Но и "рязанское химволокно" не лыком шито: до 80 процентов вискозы вывозится за рубеж - в иран, китай, турцию, в европу.

Вместе с тем уральцы имеют уникальную возможность решить сырьевую проблему за счет внутренних ресурсов. Для этого необходимо закончить строительство комбината по производству полиэфирных волокон в башкортостане, который строится уже в течение 10 лет. Деньги для окончания строительства нужны немалые - $500 млн. Но игра стоит свеч. Потребителями продукции башкирского комбината по производству полиэфирных волокон могли бы стать не только текстильные предприятия, расположенные на урале. По мнению в. Богужа, в случае пуска комбината практически вся текстильная промышленность россии, ближнего, а частично и дальнего зарубежья зависела бы от поставок полиэфирного волокна с этого предприятия.

Чтобы решить вопрос с поставками целлюлозного сырья на уральские предприятия, необходимо провести переориентацию одного из целлюлозно-бумажных комбинатов пермской или свердловской областей на производство целлюлозы для последующего производства вискозного волокна.

Все это реально, целесообразно. Дело за немногим - за инвестициями.

В кооперацию!

но инвестиций нет. Если, например, взять бюджет развития челябинской области на 2000 год, то в нем на цели развития предприятий легкой промышленности предусмотрено 6,5 миллиона рублей. Этого может хватить одному предприятию для пополнения оборотных средств, но, конечно же, не всей отрасли в масштабах региона.

Без построения межрегиональной программы кооперационных связей по восполнению сырьевого потенциала дальше двигаться невозможно, считает валерий богуж. "Большой урал" уже принимал ряд документов на эту тему, однако необходима и поддержка федерального центра. Инвестиции под программу поддержки легкой промышленности можно изыскать в федеральном бюджете, но надо еще с умом их вложить.

По мнению в. Богужа, сегодня следует выстраивать технологическую цепочку и вкладывать деньги не в отдельно взятое предприятие, а в нее. Это собственно и есть кооперация, сотрудничество. Здесь-то и нужна поддержка государства, которая должна заключаться в конкретных программах, записанных в бюджете.

Уместно вспомнить опыт времен нэпа: деньги вкладывали в оптовика. Оптовик знал, куда нужно направить средства, чтобы получить продукт, а потом этот продукт с выгодой реализовать.

Сегодня такие бюджетополучатели, как минобороны, мвд, органы соцзащиты, - это потенциальные потребители конечной продукции предприятий легкой промышленности, гарантированный рынок сбыта.

Можно уже сейчас на 100 процентов загрузить предприятия легкой промышленности челябинской области, говорит валерий богуж. Для этого промышленные предприятия региона должны начать закупать рабочую одежду у "своих" предприятий легкой промышленности. В рамках межрегиональной кооперации целесообразно размещать заказы на предприятиях уральского региона.

Вторая масштабная программа - производство детской одежды, в частности школьной одежды. Над этим союз "челяблегпром" работает последние 5 лет. Кооперация позволит на 15-20 процентов уменьшить себестоимость сырья для этой продукции, не будет 30-40 процентов торговой надбавки... Это экономия!

новая школьная одежда может быть элегантной, разнообразной, качественной, экологически чистой, то есть изготовленной из натуральных тканей. Но пока это только мечты.

Сегодня действительно нужен эксперимент на территории уральского экономического района по внедрению производства детской одежды, в том числе одежды для школьников. В челябинской области, например, это позволило бы загрузить 100 процентов мощностей отрасли. Что нужно, чтобы эксперимент состоялся? политическая воля, умелая организация дела, подлинная забота о благе жителей региона. Развитие ситуации пока не внушает оптимизма.

Игорь степанов