За последние годы в области потеряно 50 процентов плодородных земель.

В конце сентября коллегия госкомэкологии челябинской области проанализировала современное экологическое состояние земель сельскохозяйственных предприятий челябинской области и признала работу по восстановлению и повышению плодородия почв сельскохозяйственных угодий, проводимую областным управлением сельского хозяйства и продовольствия, неудовлетворительной.

Напомним, что "комплексная программа повышения плодородия почв челябинской области на 1996-2000 годы" принималась в сентябре 1996 года, и сентябрь 2000-го требовал подведения итогов. Итоги неутешительны.

Коллегия отметила:

"произошли заметные изменения в качественном состоянии земель области. Прогрессируют такие негативные процессы, как закисление, засоление, загрязнение почв тяжелыми металлами и радионуклидами, снижение содержания гумуса, обескальцивание, уменьшение содержания водопрочных агрегатов, снижение водоудерживающей и сорбционной способности почв. (...). СОКращение естественных кормовых угодий привело к уменьшению защитной роли растительного покрова, к росту эрозионно-опасных земель. (...) ПРямая деградация почв определяется непосредственным воздействием человека на почву: уничтожение естественной растительности, распашка почв на больших площадях в степных районах, нарушение приемов и способов ведения земледелия, неправильная организация территории землепользования. Косвенная деградация почв связана с влиянием промышленных производств на изменение экологических условий закисления и загрязнения почв тяжелыми металлами, очаговыми механическими нарушениями и т. Д.

(...) ВНесение минеральных удобрений в 1999 году по сравнению с 1996 годом сократилось на 1237 тонн. (...) ИЗ-за отсутствия финансовых средств за последние годы перегной на поля в ряде хозяйств практически не вывозится. В 1999 году внесено 231,4 тыс. Тонн, что на 397,6 тыс. Тонн меньше, чем в 1996 году. (...) ИЗ обследованных сельскохозяйственных земель каждый третий гектар пашни деградирует по агрохимическим показателям.

(...) ПО данным облкомзема и управления сельского хозяйства, за последние годы посевная площадь области ежегодно сокращается на 50-100 тыс. Га, а за 10 лет посевные площади сократились на 598 тыс. Га. (...) ИЗ-за недостатка семян, техники, горюче-смазочных материалов более 200 крестьянских (фермерских) хозяйств отказались от земельных участков.

(...) ПРоведенный анализ состояния сельскохозяйственных угодий свидетельствует о том, что производство сельхозпродукции в области уже многие годы осуществляется за счет естественного плодородия почв.

Стабилизация и дальнейшее развитие сельскохозяйственного производства невозможны без комплекса мероприятий по сохранению и повышению плодородия почв".

Вот таким образом оценивается сегодняшнее состояние сельскохозяйственных земель челябинской области, и хоть бы один положительный момент промелькнул в аналитическом материале - чего нет, того нет.

Разговор на эту тему мы продолжили с доктором технических наук иваном поликарповичем добровольским, в последние годы занимающимся проблемой переработки отходов промышленных предприятий и тесно сотрудничающим с областным комитетом по земельным ресурсам и землеустройству. Сразу скажем, что книги, написанные добровольским в соавторстве, представляют для нашей области в свете всего вышеизложенного самый что ни на есть прикладной интерес: "переработка и утилизация отходов челябинской области", "продукты техногенеза и плодородие земель челябинской области", "научные основы мониторинга, охраны и рекультивации земель". Однако, как поведал иван поликарпович, пропагандировать и внедрять научную мысль в жизнь ему приходится самому: на проходившей недавно выставке "экология-2000" добровольский, с легкой руки г. Подтесова, "благословившего" его на "доброе" дело, свою книгу продавал сам.

- И что, иван поликарпович, брали?

- очень мало. В основном преподаватели, студенты. А надо бы, чтобы и в сельхозпредприятиях, районных управлениях почитали. Но я ведь не могу через организации продавать...

- Как ученый, химик, занимающийся проблемами плодородия земель в свете использования для этих целей отходов производства, вы согласны с оценкой коллегии госкомэкологии?

- да, к сожалению, все верно. Мы каждый год теряем по две тысячи гектар земли, нарушая ее структуру, но не восстанавливая. Пока еще держимся на запасах питательных веществ в почве, которые были заложены раньше. Но их количество катастрофически снижается. Год от года удобрений вносится все меньше - дорого. Используя только плодородные земли и не восстанавливая использованные, через пять лет мы можем оказаться в ситуации, что сеять будет некуда.

- В материалах коллегии нашим землям поставлен очень суровый диагноз...

- И основные причины "болезни" таковы: недостаток удобрений, снижение мелиорантов, техногенное загрязнение почвы. Последнее приобретает катастрофические масштабы - наша область по загрязнению земель вышла на первое место в россии, а мы, по сути, бездействуем. Земли в самом челябинске загрязнены в значительной степени. Мы рапортуем о новой пылеулавливающей установке на чэмк. Но сколько той уловленной пыли перерабатывается? она же вся, уловленная, отвозится на свалку и тут же разносится ветром во всех направлениях. Зачем же людям рапортами глаза замазывать? переработка отходов на предприятиях практически не ведется, к началу прошлого года их в области накопилось 6,6 миллиарда тонн!

- надо полагать, в этих тоннах залежи материалов для полезного применения?

- вот именно! известковая пыль вывозится на свалку, а ее можно применять как кальциевый мелиорант. Он нужен и для того, чтобы нейтрализовать закисление почвы, и для ее питания. Чэмк на свалку вывозит ежемесячно по 300-350 тонн марганцевой пыли. А в ней 40 процентов поташи, или калия карбоната. Мы предложили: давайте переработаем эту пыль, гранулируем, обогатим по марганцу до нужных требований и получим прекрасное калиевое удобрение - сульфат калия. Но на комбинате никто не хочет этим заниматься.

На лакокрасочном заводе один из цехов готов взять эту пыль на переработку - чэмк закручивает цену.

- Как-то все нелогично. Получается, на свалку лучше?

- говорят, ни на что нет денег. Их действительно нет. Неизвестно, куда они деваются вообще. Вот под областную экологическую программу, что была разработана на пятилетку, деньги выделялись, а она, как известно, выполнена на 15-20 процентов. Нас, ученых, втянули в некрасивую историю, до сих пор стыдно на предприятиях появляться.

- Вы имеете в виду историю с тем самым государственным унитарным предприятием, которое было ликвидировано два года назад?

- с ним. Оно называлось, напомню, "региональный центр радиоэкологии и реабилитации загрязненных территорий челябинской области". А было так, что три года назад господин уткин собрал нас и попросил помочь справиться с промышленными отходами в области. И мы, доктора, академики, поверили и заключили договоры на выполнение работ. Я подключился к проекту по переработке шламовых отходов лакокрасочного завода - берег миасса весь ими завален. Получил диплом о том, что являюсь членом научно-технического совета этого унитарного предприятия. Подготовили проект, нам помогли провести опытные работы. Промышленные испытания я провел на кирпичном заводе в еманжелинске и на цементном заводе в коркино. И работы остались неоплаченными. Все лежит заброшенное - оборудование ведь было закуплено...

На заводе теперь хоть не появляйся. Словом, кроме публичного позора, ничего нам эта работа и это сотрудничество не дали. Мне все хочется спросить у господина сумина, зачем они нас втянули в это дело?

- да, грустная история. Но ведь хотели-то как лучше?

- ну да, и соответственно получилось. И мой пример не единственный. Вот еще один. У нас очень большая проблема в области с золой. Миллионы тонн лежат и не перерабатываются. В то же время в "уралниистромпроекте" отработана хорошая технология получения пористых строительных - дефицитных - материалов. Появилась идея организовать сопутствующее производство при керамическом заводе, и мой коллега, не буду называть фамилии, проект выполнил. Теперь тоже не знает, что делать - денег на его оплату нет.

Хорошо, что у него дальше проекта дело не зашло.

- Получается, есть идеи, есть умы и есть руки, нет только денег?

- по всей вероятности, они есть, но расходуются бесконтрольно. Или бездумно. Вы знаете, у меня такое ощущение, что проблемой финансирования, в частности, работ по восстановлению земель, вообще мало занимаются.

Я недавно зашел в областное управление сельского хозяйства и попросил цифры по финансированию той самой программы по плодородию. Вот что получается. На 1999 год было запланировано на эти цели в общей сложности 12110 тысяч рублей. В том числе из федерального бюджета - 6130 тысяч, из областного - 5980 тысяч рублей. Профинансирована программа всего на 5510 тысяч рублей, в том числе на 2110 тысяч из федерального бюджета. В целом получается на 40 процентов. И что, это кого-то волнует?

- иван поликарпович, я так понимаю, что если бы максимально использовались внутриобластные резервы для обогащения почвы, можно было бы и этими затратами обходиться с большей пользой?

- да, вероятно. Путь организации сопутствующих производств по переработке отходов при крупных промышленных предприятиях - он не так уж и затратен, но эффективен. Было бы желание. Надо задумываться над системой комплексных удобрений. Все в этой системе уже работают, у нас только она неразвита. А ведь у нас для этого есть все условия. Например, есть озера, где много плодородного ила, - еткульский ил по плодородию не уступает навозу или куриному помету. Или тот же куриный помет можно дополнять калием и фосфатами, и тогда другие минеральные удобрения уже не понадобятся. А производство такое можно организовать практически при любой птицефабрике.

Конечно, работать с отходами дороже, чем, скажем, с торфом. Но они необходимы на техногенно загрязненных землях для восстановления плодородия. Вот в зоне вурса, например, эффективно только известкование, потому что цезий и стронций "связываются" только однородным калием или кальцием.

- Вообще, наверное, земли с техногенным загрязнением нуждаются в особой системе обработки для повышения плодородия?

- конечно. И беда наша в том, что мы не имеем методики мониторинга и оценки таких земель. Академией земледелия методика оценки коэффициента плодородия земель разработана, но независимо от техногенных загрязнений. Нам нужна другая, своя. Начинать надо, повторюсь, с мониторинга этих земель. Комитет по земельным ресурсам и землепользованию поставил перед учеными области задачу разработки методов оценки загрязненных земель. Будут методы оценки и управления плодородием деградированных земель, повысится и урожайность. А у нас она год от года падает.

- Иными словами, иван поликарпович, любую программу по повышению плодородия необходимо составлять с учетом экологической оценки состояния земель, так?

- именно так. Чисто техническим путем эту проблему не решить. Без сильных химиков, во всяком случае, у нас в области аграрную политику не выстроить. Земли надо восстанавливать, и делать это профессионально. А изыскать почти все необходимое для этой работы можно у себя, как говорится, в родном краю.

Наталья ладушина.